Совесть есть стихия, общая самосознаниям, и эта стихия есть субстанция, в которой действие имеет устойчивое существование и действительность — момент признаваемости со стороны других. Моральное самосознание не обладает этим моментом признанности, моментом чистого сознания, которое (здесь) налицо, и вследствие этого оно вообще не есть самосознание, совершающее поступки, претворяющее в действительность. Его в-себе(-бытие) для него — либо абстрактная недействительная сущность, либо бытие как действительность, которая не духовна. Сущая же действительность совести — такая действительность, которая есть самость, т.е. сознающее себя наличное бытие, духовная стихия, признаваемости. Действование есть поэтому только перевод своего единичного содержания в предметную стихию, где содержание — всеобще и признано, и как раз то, что оно признано, и делает поступок действительностью.